Help someone in Armenia today by giving them a micro business loan!

ГРАЖДАНСКОЕ ЗОДЧЕСТВО АРМЕНИИ: ГЛАВА 6

From Armeniapedia.org
Jump to: navigation, search

<-ГРАЖДАНСКОЕ ЗОДЧЕСТВО АРМЕНИИ

ГЛАВА 6. БАНИ


На территории Армении бани возводились с древнейших времен. В упоминаемой Моисеем Корейским легенде о построении города Вана имеется указание на возведение бани: «Посреди города на надлежащих местах строит чудесные бани».

Архитектура бань рабовладельческой эпохи почти неизвестна. Един ственным примером этого времени являются остатки бани в крепости Гарни, имеющей сходство с баней в Мцхета — Армази (II—III вв.) в Грузии и с баней в Антиохии на Оронте (IV в.).

Бани феодальной эпохи известны также в ограниченном количестве. Большая часть бань находится в руинах, а от некоторых сохранились только остатки фундаментов. Более поздние бани (XVII—XIX вв.) Еревана и Ленинакана (ранее Александрополь) функционировали вплоть до нашего времени.

Средневековые бани Армении, как и бани стран Востока, занимали особое место среди современных им гражданских сооружений, выде ляясь спецификой своего назначения, особенностями оборудования и архитектурного выполнения.

Современное назначение бань не исчерпывает тех функций, которые эти сооружения выполняли в прошлом. В банях часто встречались знакомые, и процесс омовения сопровождался отдыхом и дружеской беседой. Здесь же состязались в игре в нарды или шахматы, заключались торговые сделки.

В прошлом посещение бани занимало несколько часов. Процесс омовения представлял собой довольно продолжительную процедуру. В моечную попадали не сразу, а через помещения с последовательно нарастающей температурой, что давало возможность постепенно освоиться с жаром купального зала. Для предохранения от соприкосновения с горячим полом и грязной водой надевали обувь с высокой деревянной подошвой. Купание сопровождалось ополаскиваниями теплой водой, мытьем мыльной пеной и обязательным массажем, выполняемым банщиком-массажистом (кисачи). По желанию купающийся мог, применив специальную грязь, удалить волосяной покров на теле, а так же растереть тело благовонными мазями. Процедура мытья завершалась отдыхом в раздевальне, в центре которой нередко бил фонтан. Здесь не только принимали питье и пищу, но и, возлежа на возвышениях, наслаждались прохладой фонтана, пили кофе, крепкий чай, курили наргиле, кальян или вдыхали сжигаемые в бронзовых курильницах аромати ческие вещества.

В средние века феодалы вместе со знатными гостями во время от дыха после мытья часто смотрели представления артистов. Скелет изуродованного с детства клоуна, горбатого, с искаженным, по определению И. Орбели, вечно смеющимся лицом, а также кости петуха — «неразлучного спутника шутов и Востока и Запада» — были обнаружены под полом купального зала бани XI—XII вв. в крепости князей Пахлавуни — Анберде.

Большое значение придавалось бане и как лечебному учреждению. Высокая температура купального зала, и в особенности, массаж, благотворно влияющий на организм, способствовали излечению от различных недомоганий. Учитывая это, баню возводили над горячими лечебными источниками. Такова баня Эрзерума (древний Карин), возведенная в конце IV в. н. э. Бани Бруссы, воздвигнутые над минеральными источниками, известны как исцеляющие кожные заболевания, а серные бани Тбилиси — как излечивающие от простуды. В настоящее время во многих районах Армении население пользуется различными лечебными источниками. В Арзни и Делижане при холодных, а в Джермуке при горячих минеральных источниках сооружены специальные ванные здания.

Важное значение в прошлом придавалось бане при церемониях бракосочетания: «харс-бахнис» (баня невесты) и «песа-бахнис» (баня жениха).

Это, возможно, не совсем полное перечисление функций бани свидетельствует о существенной роли, которую она играла в жизни армян ского народа. Неудивительно поэтому, что баня часто упоминается в поэмах, сказках, рассказах, где встречаются описания их благоустройства и различных процедур мытья.

Многообразные функции бань, связанные с жизненными потребностями населения, определяли и соответствующее отношение к ним. Возводили и содержали бани не только отдельные состоятельные лица, но и городские управления, цеховые организации, монастырские общины.

В Армении бани имелись во всех дворцах, крепостях, городах и от носительно многолюдных поселениях. Особенно много бань было в Ани в эпоху его расцвета (X—XIII вв.). Еще не законченные раскопки открыли здесь помимо дворцовой пять других бань, из которых одна на ходилась за городскими стенами. В Лориберде в пределах крепостных стен были три бани. Французский путешественник Ж. Шарден, посе тивший Ереван в 1673 г., видел здесь множество бань. По его описа нию, баня устраивалась даже в шатре наместника, выезжавшего в лет нее время на эйлаги (горные пастбища).

Бани предназначались для индивидуального (семейного) и для об щественного пользования. Первые располагались в резиденциях светских и духовных феодалов. Рассчитанные на ограниченный круг лиц, они имели небольшие помещения, составлявшие часть дворцового корпуса. Таковы бани дворцов Двина (VI—VII вв.), Ани (XI—XII вв.; рис. 163). Баня в замке князей Багратуни в Магасберде (X в.) находилась в нижнем этаже центральной башни, имевшей внутренний световой дворик. Бани общественного пользования помещались в гуще жилой застройки, как, например, бани Ани (городские; XII—XIII вв.), крепости Лориберд (XI—XII вв.) или на краю поселений, как в Аракелоце (XII— XIII вв.) и Иджеване (XIII в.). Баня у восточной стены крепости Анберда обслуживала также и население крепости.

Бани, построенные вблизи караван-сараев, рассчитывались и на обслуживание их постояльцев. В исключительных случаях бани возво дились изолированно, вдали от жилища. Такова, например, баня Татева (XVII—XVIII вв.), помещенная в саду, за крепостной оградой монастыря.

Армянские бани обычно имели одно отделение, которым попеременно пользовались мужчины и женщины (рис. 164). В таких банях женщинам предоставлялось два дня в неделю; такой порядок сохранялся еще в середине XIX в., в частности, в Ереване и Ленинакане. Посещение бани для зажиточных женщин представляло собой своего рода развлечение, дававшее возможность приятно провести время в кругу знакомых.

Известны также «двойные» бани: например, в банях дворцов Двина и Ани имеются два изолированных отделения — мужское и женское (см. рис. 163). В бане патриаршего дворца в Звартноце (середина VII в.) меньшее отделение, видимо, предназначалось для привилегированных лиц, а большее — для рядовых служителей.

Санитарно-техническому оборудованию бань уделялось особое внимание. Водоснабжение осуществлялось по гончарным трубопроводам, которые в Ани, Лориберде и других городах подавали воду из городских или крепостных водохранилищ. Трубопровод бани Аракелоц соединял ее с источником, находящимся под горой, расположенной се вернее поселения. При сооружении бани вблизи источника (баня близ Иджевана на левом берегу р. Агстев) вода забиралась из него непо средственно.

Для бесперебойного обеспечения бани водой иногда сооружали специальное водохранилище, из которого вода разводилась гончарными трубами по помещениям. Такие водохранилища имели бани цитаде ли Двина и Ани, малая баня Лориберда. Баню Анберда обслуживало водохранилище поселения. В редких случаях, как, например, в банях Еревана, возведенных в XVIII и XIX вв., подача воды производилась от крытыми каналами-арыками.

Котлы для нагревания воды, обычно медные, замуровывались в полукамеры, расположенной над топкой (баня цитадели Ани и крепости Анберд). В Анберде первоначально роль котла выполняла самая ка мера, а в полу над топкой был заделан металлический лист. Подобное устройство имели и другие бани, как средневековые, так и более поздние, вплоть до относящихся к рубежу XIX и XX вв., как, например, бани в Ахалцихе, Ереване, Ленинакане.

Горячая вода подавалась в купальный зал по гончарным, реже по железным трубам. В большой бане Лориберда гончарные трубы для горячей и холодной воды расположены непосредственно одна над другой. Известные в Армении с VI—VII вв. железные трубы (длиной около 50 см) бань Двина и Ани соединялись, как и гончарные, раструбом, а в бане Анберда — при помощи железных муфт. Концы водопроводных труб запирались кранами. Втулки от таких двух бронзовых кранов най дены при раскопках помещения служителя бани Анберда.

В местах забора воды под кранами стояли каменные ванны (чаны), воду из которых брали медными или деревянными ковшами. Величина ванн различна. В бане дворца Багратидов в Ани они имеют форму пря моугольника с двумя срезанными углами; длина — в пределах одного метра. Форма ванн большой бани в Лориберде — также прямоугольная: емкость 0,13 м3, вполне достаточная для мытья двух-трех человек (рис. 165).

Горячую воду доставали и другим приемом. Ее черпали специальными ковшами непосредственно из резервуара для подогрева, через окошко в разделительной стене. Трудно сказать, как давно стали практиковать второй, менее гигиенический способ, имевший, так же как и обогрев воды при помощи металлического листа, широкое распространение в сопредельных странах (Грузии, Азербайджане, Турции, Иране), в странах Средней Азии и на Крымском полуострове. В Армении окошки для черпания горячей воды имелись в банях Анберда, Татева, в боль шой бане Лориберда и в большинстве ереванских бань.

Для ремонта и очистки резервуаров для воды в их верхней части предусматривались отверстия, через которые человек мог проникнуть внутрь, а в нижней части — сливные трубы.

Удаление сточных вод осуществлялось по гончарным трубопроводам. Полы купальных залов делались наклонными, со стоком к сливному отверстию. Ме сто сброса воды зависело от топографии местности. В бане цитадели Ани от водная труба сбрасывала воду по скату холма, а в банях Анберда и Лориберда — в ущелье. В цитадели Двина отработанная вода сливалась в погло щающий колодец, расположенный рядом с баней, а в бане близ Иджевана — в реку Агстев. Помимо канализационных трубопроводов устраи вали также сточные канавы. В Ереване такая канава функционировала до 30-х годов XX в., когда была сооружена городская канализация.

Отапливались бани кизяком, хворостом, соломой, рисовой шелухой, реже дровами. Большая зольность и малая теплоотдача большинства видов топлива требовали устройства большого топочного пространства, по площади равного размеру дна резервуара для горячей воды. Устье печи располагалось на фасаде здания и оформлялось в виде арочного проема. В большинстве случаев пол топочного помещения делался ниже общего уровня пола. В бане дворца Багратидов в Ани топочная камера помещалась в полуподвале.

Пол и стены купального зала обогревались горячим воздухом, смешанным с дымом,— способ, известный в Армении со времени рабо владельческой эпохи (баня крепости Гарни). Раскаленные газы поступали из топки под пол купального зала, а затем через трубы, заложенные в стенах, выходили наружу, обогревая таким образом и пол и стены. Размеры отверстия, пропускавшего дым и жар под пол купального зала, а также число и сечение дымоходов в стенах определялись потребным количеством тепла.

Для образования подпольного пространства пол купального зала выкладывали из каменных плит, опиравшихся на выступы стен и столбики, число которых определялось размерами плит и величиной помещения, а сечение — высотой подполья. В бане цитадели Двина столбики, выложенные из обожженного кирпича, в отличие от цилиндрических столбиков в бане Гарни, были квадратные в плане (см. рис. 163, 166), а в бане дворца Багратидов в Ани — также квадратные, но каменные высотою 1 м.

Дымоходы располагали с таким расчетом, чтобы обеспечить циркуляцию горячего воздуха по всему подполью и обогрев стен в необходимых местах. Число дымоходов различно: обычно — 2—3; макси мальное количество — 14 — зафиксировано в бане дворца католикоса в Звартноце (см. рис. 163). Дымоходы составлялись из гончарных труб, лекального кирпича (баня Двина) или грубо отесанного мелкого камня (бани Лориберда).

Для предохранения подпольного пространства от проникновения воды из моечного помещения пол и стены последнего покрывали во донепроницаемой штукатуркой, которую полировали до блеска. Такой штукатуркой покрывали также стены и дно резервуаров для холодной и горячей воды.

Дымоходы обычно очищались от сажи снизу, через смотровые окошки, которые в бане Звартноца закрывались съемными камнями (рис. 167). Сложнее обстояло дело с очисткой подполья. Из-за малой высоты подпольного пространства для очистки его от накопившейся сажи приходилось местами приподнимать плиты полов. Чтобы избежать этого неудобства, в некоторых банях высоту подполья делали достаточ ной для непосредственной чистки его человеком. В бане дворца Багратидов в Ани подполье купального зала для мужчин имело высо ту в 1 м.

Помещения освещались отверстиями в сводах и куполах. В небольших помещениях (баня Анберда, купальный зал Татева) предусматривалось по одному световому проему, в больших — несколько. В купальном зале большой бани Лориберда в одном куполе было 3, в другом — 7, а в третьем — 9 световых проемов. Форма проемов — круглая, звездчатая, шести- и восьмигранная (см. рис. 164). Как предохранялись помещения от проникновения атмосферных осадков через световые проемы в средние века — неизвестно. В банях XVIII—XIX вв. проемы закрывали стеклами. В редких случаях окна помещались в стенах; так, например, раздевальня бани Татева освещена маленьким щелевидным окном. В более поздних банях, например в бане на 16-й улице (ныне ул. Горького) в Ленинакане, предусмотрены обычные большие окна.

Вентиляция осуществлялась через те же световые проемы, положение которых в вершине сферических покрытий обеспечивало достаточную циркуляцию воздуха. Кроме них иногда устраивались вентиляционные каналы, которыми регулировались перенасыщенность и температура помещения. Три таких канала имеется в купальном зале бани Татева; они начинаются на отметке пяты сводчатого покрытия и поднимаются наклонно вверх, на крышу.

Качество выполнения строительных работ в отдельных банях было не ниже, чем в монументальных сооружениях (рис. 168).

Основным строительным материалом служили базальт (бани Ан берда, Лориберда), туф (бани Звартноца, Ани), песчаник (бани Аракелоца, близ Иджевана), реже обожженный кирпич (бани Двина, Еревана).

Толщина наружных стен (около 1 м) была достаточна для длительного сохранения тепла в помещениях. Со временем под действием высокой температуры и повышенной влажности известковый раствор приобретал особую прочность, которая превращала каменную кладку в монолитную массу.

Сводчатые покрытия чаще всего имели полуциркульное (бани дворца Багратидов в Ани, Лориберда, Татева), реже стрельчатое (городская баня Ани) очертание. Применялись своды и иной формы, как, например, сомкнутый шестигранный свод купального зала близ Иджевана. Кладка сводов из чисто отесанных камней велась насухо, из грубо околотого камня (бани Лориберда, Татева) и из кирпича (баня близ Иджевана) — на известковом растворе. Для сохранения небольшой высоты помещения купола возводили без барабанов и придавали им иногда приплюснутую форму.

Особое внимание уделялось конструкции топки. Ее стены и свод чатое перекрытие выкладывались из огнеупорного базальта и независимо от стен здания, что позволяло в случае необходимости быстро производить ремонт (см. рис. 167).

Планировка армянских бань оставалась устойчивой на протяжении не менее полутора тысяч лет. В большинстве случаев бани имели ограниченный состав помещений. Обязательными были раздевальня, купальный зал и топочное отделение, непосредственно над которым находился резервуар для горячей воды. Имелись и второстепенные помещения — дополнительный купальный зал, передняя, комната истопника и др. Строго соблюдалась взаимосвязь помещений. Основные помещения обязательно располагались в определенном порядке: раздеваль ня — купальный зал — топка с котлом горячей воды, а второстепенные — в соответствующей их назначению зависимости от основных.

Изученные бани разделяются на две группы: встроенные и отдель но стоящие (простые и сложные).

Встроенные бани существовали во дворцах цитаделей Двина и Ани, Звартноца, замка крепости Магасберда. Они были рассчитаны исключи тельно на обслуживание обитателей дворца или замка, в основном на семью феодала и его приближенных. Поскольку количество посетителей было невелико, бани топились не ежедневно, а в определенные дни недели. Особенностью встроенных бань было наличие двух независи мых отделений, что давало возможность одновременно пользоваться банями людям различного пола или сословия и экономить топливо.

В комплексе дворца бани располагались обычно рядом с жилыми комнатами. Баня патриаршего дворца в Звартноце, занимавшая его восточную часть, расположена позади жилых помещений, с которыми она сообщалась открытой арочной галереей (см. рис. 75). Во дворце Багратидов в цитадели Ани связь бани с жилыми комнатами осуществлялась через внутренний коридор.

Конфигурация плана встроенных бань, как правило, асимметрична и зависит от формы и расположения примыкающих помещений. Характерным примером могут служить бани патриаршего дворца в Звартноце и дворца Багратидов в цитадели Ани (см. рис. 163). Во встроенных банях отсутствует четко выявленная осевая линия. Центр плана составляет топочная камера, по сторонам которой расположены купальные залы со своими раздевальнями; вокруг них сгруппированы вспомогательные помещения.

Планы помещений выдерживались в четких геометрических формах, в большинстве прямоугольной конфигурации, наиболее приемлемой и выгодной для выполнения сводчатых перекрытий. В редких случаях принималась иная, например косоугольная конфигурация, осуществленная в раздевальне мужского отделения бани дворца Багратидов в Ани. Соотношение площадей купального зала и раздевальни не постоянно. Так в мужском отделении бани дворца Багратидов и в отделении малого купального зала бани патриаршего дворца в Звартноце площа ди купальных залов и их раздевален почти равны, тогда как в бане в Звартноце площадь большого купального зала в 2,5 раза больше, чем площадь его раздевален. Такая разница объясняется тем, что в первых двух случаях купальные залы предназначались для высокопоставленных особ, почему при залах и были предусмотрены просторные раздевальни, без сомнения комфортабельно оборудованные для отдыха пос ле купания. В третьем случае купальный зал обслуживал рядовых служителей, в связи с чем раздевальни, не рассчитанные на длительное пребывание, имеют минимальные размеры.

Характерную особенность большого купального зала патриаршего дворца в Звартноце составляет разбивка его на две части, объединенные тремя проемами; раздевальня состоит также из двух, но не связанных между собой комнат (см. рис. 163). Отсутствие дымоходов в стенах западной половины купального зала и вертикального шва в пилонах его интерьера дает основание предполагать, что эта часть была переобору дована под баню в последующее время. При расширении были пере строены соседние помещения, определившие существующую форму купального зала и наличие двух независимых одна от другой разде вален.

К сожалению, большие разрушения наиболее ранней из известных бань феодальной эпохи — бани дворца цитадели Двина — позволяют воссоздать только примерный ее план, т. е. определить местоположе ние топки, двух отделений, водохранилища и поглощающего колодца.

Баня замка крепости Магасберд, недоступная для нашего исследо вания, фактически не изучена. Известно только, что она имела два от деления с небольшими помещениями.

Отдельно стоящие бани разделяются на простые и сложные.

Простые бани, располагавшиеся, как правило, в малонаселенных местах, известны по примерам бань крепости Анберд, поселений Аракелоц и Иджеван, монастыря Татев, Гюнейванка (см. рис. 164). Они состоят из раздевальни, купального зала и топочного отделения. Размеры первых двух помещений (в среднем 10—15 м2) были достаточны для обслуживания небольшого числа посетителей.

Простые бани имеют предельно четкую композицию. Помещения расположены последовательно на одной оси. Форма помещений — правильная геометрическая, в плане обычно прямоугольная, реже — квадратная. Перекрытие — цилиндрический свод или купол, как в бане крепости Анберд (наиболее древнем из известных нам примеров данного типа). Исключение составляет баня Иджевана, в настоящее время разрушенная разливом реки. Ее купальный зал отличается редкой для подобных помещений шестиугольной формой плана, осложненной тре мя прямоугольными, одной полуциркульной и одной шестигранной нишами; покрытие представляло собой сомкнутый шестигранный свод со световым отверстием в ввершине. Топочное отделение бани Иджевана также имело редкую для подобных помещений круглую форму плана.

Основные помещения – купальный зал и раздевальня, как правило, равновелики по площади, что также свидетельствует о непродолжительном пребывании посетителей. В стенах основных помещений устраивались небольшие ниши (во встроенных банях их не обнаружено). В купальном зале бани Анберда в такой нише помещался каменный чан для разведения горячей воды до нужной температуры (рис. 169), а в раздевальнях бань Иджевана и Татева подобные ниши предназна чались для светильников и, возможно, мелкого инвентаря (ковши для черпания воды, деревянная банная обувь и т. п.).

Наружный абрис простых бань — обычно прямоугольный; длина больше ширины примерно в два раза. Исключение составляет баня Иджевана, своеобразная форма которой была обусловлена изломом берега реки и наличием ранее построенных сооружений.

В бане Анберда с северной стороны имелась двухэтажная деревянная пристройка. Ее верх предназначался для служителей бани; низ был рабочим местом истопника, где хранился также небольшой запас топлива. Возможно, что подобные пристройки имелись и в других банях простого типа.

К типу простых бань можно отнести и малую баню Лориберда, помещенную на крутом скате юго-западного края городища, возле ущепья р. Дзорагет (см. рис. 164). Судя по сохранившимся частям и прослеживаемым на поверхности земли очертаниям стен, баня состояла из раздевальни, купального зала и топочного отделения. Купальный зал, почти квадратный в плане, был покрыт куполом. На южной и восточ ной стенах сохранились небольшие ниши и двери, из которых восточная — более позднего происхождения. Топочное отделение, небольшое, перекрытое зеркальным сводом, имеет неправильную форму из-за подходящего вплотную массива скалы. Особенность плана заключается в расположении топочного отделения поперек оси раздевальня — купальный зал. На продолжении этой оси помещалось, видимо, водохранилище, поскольку здесь примерно посередине стены нами обнаружен гончарный трубопровод, перерезающий стену под углом в 45°.

Те же планово-композиционные особенности, что и в простых банях Армении, отмечены также в сооружениях Грузии, Азербайджана и Крымского полуострова. Бани в крепости средневекового города Дма-ниси (Грузия) и в Херсонесе (Крым) полностью повторяют тип анбердской бани.

Некоторое отличие составляют бани Нардарана и Кюраханы (Азер байджан), которые характерны вытянутой формой помещений, расположенных на одной оси и примыкающих друг к другу длинными сторонами.

Сложные бани, сохранившиеся в большем количестве, чем простые, строились в крупных поселениях — городах Лориберде, Ани, Ереване, Ленинакане и др. Появление этих бань было обусловлено ростом городского населения, имевшим место начиная с X в. Бани функционировали ежедневно. Рассчитанные на обслуживание значительного числа посетителей, они состояли из комплекса больших и малых по площади помещений. В отличие от простых бань, сложные бани не имели строго установленной композиционной схемы плана.

Примером сравнительно не сложной по плану бани может слу жить большая баня, расположенная в центре городища Лориберда (см. рис. 164). Она состояла из раздевальни, комнаты отдыха, купального зала и топочного отделения. Купальный зал разделялся внутренней стеной на две части, перекрытые цилиндрическими сводами и куполами. Разделительная стена не только облегчала конструкцию перекрытия, но и поддерживала различную температуру в отдельных частях зала. Комната отдыха, связанная с купальным залом широким арочным проемом, служила своего рода шлюзом, смягчавшим пере ход от высокой температуры купального зала к низкой температуре раздевальни. В топочном отделении помещались резервуары для хо лодной и горячей воды. Судя по сохранившейся гончарной трубе, пере секающей толщу внутренней стены несколько под углом, резервуар для холодной воды размещался в глубине топочного помещения, что имело место и в бане дворца Багратидов в Ани. Резервуар для горячей воды находился над топкой примерно в том месте, где имеется пря моугольный проем во внутренней стене, прорубленный позднее, оче видно, в связи с переоборудованием бани. Через этот проем черпали воду, для удобства забора которой нижнюю часть проема ввиду боль шой толщины стены сделали с понижением в сторону топки.

В отличие от прямоугольной формы простых бань, большая баня Лориберда имеет изломанную, Г-образную конфигурацию плана, так как раздевальня расположена сбоку от главной осевой линии. Общая площадь раздевальни и комнаты отдыха, т. е. помещений, рассчитанных на длительное пребывание посетителей, в полтора раза превышает площадь купального зала, что не имело места в ранее рассмотренных банях.

Совершенно иное композиционное построение имеет городская баня Ани (конец XII — начало XIII вв.), находящаяся вблизи крепостной стены у края ущелья р. Ахурьян и известная под названием «бани рода Оненца» (см. рис. 164). Характерная особенность ее заключается в сложной форме купального зала. Основная крестообразная часть последнего перекрыта в центре куполом, а в ответвлениях — цилиндрическими сводами. Между ветвями креста находились небольшие квадратные в плане купальные залы, возможно с различной темпера турой, перекрытые куполами на парусах, украшенных сталактитами. Раздевальня, судя по местоположению двери, находилась с западной стороны купального зала. С севера примыкали два просторных поме щения (очевидно, подсобного назначения), в которых, возможно, на ходились топка с котлом горячей воды и хранилище холодной воды. Тип бани рода Оненца, осуществленный и в бане Ахалциха, характерен и для бань сопредельных стран (Азербайджана, Ирана, Турции), а так же стран Средней Азии и Волжской Болгарии.

Городские бани Еревана и Ленинакана, возведенные в более поздние времена, составляют отдельные группы сложных бань, имеющих свои индивидуальные особенности, но связанных, однако, по своей композиции с банями X—XIII вв.

Бани Еревана, относящиеся к XVIII—XIX вв., по типу принадлежали к «одинарным» (Кондская и Тапабашинская) или «двойным» (Егиазарова) баням; в некоторых из них имелись еще и отдельные номера (баня «Фантазия»), Как правило, каждое отделение (мужское или женское)состояло из двух-трех больших залов и мелких помещений, обусловли вавших своим расположением изломанную конфигурацию плана здания. В отличие от общераспространенных в прошлом бань, характерную особенность бань данной группы составляет удаленность раздевальни от купального зала и наличие множества мелких помещений. Раздевальня с обязательным посередине фонтаном и главный купальный зал — самые большие по площади помещения, богатая архитектурная форма которых связана с формой армянского народного жилища типа четырехстолпного глхатуна. Другие, различные по величине и температуре, купальные комнаты и небольшие номера имели более скромные ин терьеры.

Бани Ленинакана — Мартирос-аги, Геворк-аги, Цитехцянц, Урмноци, Камир-гула, Сев-гула и др., возведенные в XIX в., по своим плановым особенностям более тесно, чем бани Еревана, связаны с банями Армении X—XIII вв. В качестве характерного примера может служить .сохранившаяся с переделками баня на ул. Горького в Ленинакане, сооруженная во второй половине XIX в. По типу она относится к «двойным», баням, имеющим также отдельные номера. Особенностью плана,является размещение купальных залов вокруг топочной камеры, что продикто вало расположение мужского и женского отделений по одну сторону топки с резервуарами для горячей и для холодной воды, а отдельных номеров, в миниатюре представляющих собой баню простого типа, — по другую сторону. В 1930-х годах подпольная отопительная система этой бани, так же как и традиционный древний способ подогрева и раз водки горячей воды, была уничтожена.

Архитектурные особенности армянских бань на протяжении всей истории их строительства были тесно связаны с требованиями наибольшей экономичности как строительства, так и эксплуатации этих сооружений. Большое внимание уделялось требованию экономного расходования топлива. Помещения с высокой температурой сосредоточивали вокруг топочной камеры с резервуаром для горячей воды, что в особенности выдерживалось в «двойных» банях. Высоту помещений для лучшего сохранения тепла делали в маленьких банях не более 2,5—3,5 м до шелыги купола, в больших — несколько больше. Дверные проемы редко размещали по одной оси, благодаря чему холодный воздух не имел доступа в удаленные от входа помещения с повышенной темпера турой. Подобные мероприятия в совокупности с толстыми стенами и подпольной отопительной системой, частично обогревавшей и стены, содействовали сохранению тепла в здании в течение продолжительного времени. В связи с этим отпадала необходимость заглублять бани в землю, как это практиковалось в других странах, в особенности мусульманских. Исключение составляют бани Еревана XVIII—XIX вв., в планировке которых нашли отражение некоторые иранские традиции.

Простые и сложные бани своим внешним обликом отличались от других современных им общественных сооружений. Стены из чисто отесанного или грубо околотого камня завершались поверху небольшим карнизом-полочкой (см. рис. 169 и 170). Окон в стенах, как правило, не было. Дверные проемы обрамлялись крупными камнями и перекрыва лись арочкой с углубленным в толщу стены тимпаном из цельного камня. В XVIII—XIX вв. входы в банях Еревана сооружались в виде выдвинутого вперед портала с глубокой арочной нишей, оживлявшей внешний облик здания игрой света и тени. Покрывавшие здания своды и купола не только придавали баням своеобразный облик, но и своими размерами и местоположением давали представление о внутреннем расположении помещений.

Архитектурное убранство интерьеров зависело от назначения помещений. Наиболее выразительными были основные помещения — раздевальня и купальный зал. Своему воздействию на зрителя они обязаны не декором, а гармоничной согласованностью объемных масс интерьера с конструктивными формами. Квадратные в плане помещения перекрывались различными по форме куполами, основанными на конических (Анберд) или сферических (большая баня Лориберда) парусах. Прямоугольные помещения имели цилиндрические своды, или, при более крупных размерах, сочетание свода и купола, что придавало помещениям индивидуальные особенности. Интересно по форме перекрытие купального зала большой бани Лориберда: восточная половина зала перекрыта двумя куполами с цилиндрическим сводом посередине, а западная — одним куполом с двумя цилиндрическими сводами по сторонам (рис. 171). Своеобразную форму покрытия имел большой купальный зал бани патриаршего дворца в Звартноце. По нашей реконструкции, выполненной на основании сохранившихся частей и по аналогии с распространенной формой подобных покрытий этого времени, зал имел сводчатое покрытие, поддерживавшееся сдвоенными подпружными арками, опиравшимися на карниз небольшого выноса. Равномерно освещавшие помещение световые проемы располагались в шелыге свода (см. рис. 168).

В интерьерах купальных залов обогащение убранства достигалось также полировкой и окрашиванием штукатурки в различные тона. В ку пальном зале дворца Багратидов в Ани штукатурка была окрашена в красный цвет, а в купальном зале бани Анберда по фону белой штукатурки была нанесена красной краской прямоугольная сетка, живописно оформившая интерьер.




Personal tools
Namespaces
Variants
Actions
Navigation
Databases
Toolbox