ГРАЖДАНСКОЕ ЗОДЧЕСТВО АРМЕНИИ: ГЛАВА 5

From armeniapedia.org
Jump to: navigation, search

<-ГРАЖДАНСКОЕ ЗОДЧЕСТВО АРМЕНИИ

ГЛАВА 5. КАРАВАН-САРАИ И ГОСТИНИЦЫ


Своеобразными общественными сооружениями являются караван-сараи — средневековые гостиницы или заезжие дворы для кочующих купцов и путешественников, — имевшие широкое распространение не только в Армении, но и в сопредельных странах и странах Востока.

Из значительного числа караван-сараев Армении выявлены лишь немногие, в большинстве своем расположенные на территории Армян- ской ССР. Почти все они разрушены.

Возникновение и развитие сооружений типа караван-сарая было обусловлено развитием товарно-денежных отношений. Через Армян- ское нагорье по международным торговым путям шли караваны с товарами. Караванная торговля составляла существенную часть доходов местных феодалов, облагавших товары пошлинами.

Для поддержания и развития караванной торговли тратились значительные средства. Ремонтировались старые и прокладывались новые пути сообщения. Для удобства переправы через реки возводились каменные мосты, а в местах остановок караванов, в городах и в пути на больших перегонах и у горных перевалов возводились караван-сараи. По местонахождению, количеству и размерам этих сооружений, а также по наличию древних мостов через реки можно судить о том, что здесь некогда пролегали оживленные торговые пути.

О распространении торговых поселений, ярмарок и перевалочных пунктов говорят названия многих населенных мест Армянской ССР. Таковы, например, Иджеван (в переводе «место остановки»), селения Карвансара (в Артикском и Мартунинском районах), Каравансара (в Ах-тинском и Иджеванском районах), Каргабазар, Базарджуг (ныне Араи), Базарчай и Ходжа-базар (развалины обширного средневекового посе ления). Каравансарайскими назывались улицы в ряде городов, например, в Ереване. Река Воротан в Зангезуре, вдоль которой пролегал торговый путь, ранее именовалась Базарчай.

Расстояние между караван-сараями равно, примерно, дневному переходу каравана. Путь от Еревана до Нахичевана лошади проходили за 3—4 дня, а от Нахичевана до Тавриза — за 6—8 дней. Таким образом, на пути Ереван — Тавриз должно было быть не менее двенадцати караван-сараев. Между Ереваном и Делижаном было два караван-сарая: в Атарбекяне (ранее Каравансара) и на перевале горы Цор, вблизи Ддма-шена. Зная трассы древних торговых путей и места сохранившихся на них караван-сараев, можно приблизительно определить пункты, где в прошлом должны были располагаться подобные сооружения. О. Шахатунянц в своем труде приводит список ряда селений, служивших оста новочными пунктами на «княжеской» дороге. В настоящее время в этих селениях не сохранилось караван-сараев, как не осталось следов и от упомянутого тем же О. Шахатунянцем караван-сарая в селе Джанги (ныне Вардаблур), лежащем на древней дороге из Апарана в Ширак, и от караван-сарая на Бичанакском перевале торговой трассы Нахичеван— Сисиан — Горис. По нашему предположению, караван-сараи имелись в Норашене, на пути к нему из Еревана, в Делижане, на перевале между Апараном и Атарбекяном, на дороге между Айнадзором и Базарчаем.

В крупных торговых городах имелось по нескольку караван-сараев. В Ани в XI—XIII вв. только в черте крепостных стен их было не менее шести, а в известном торговом городе XVI в. Джуге (ныне разрушен ном)— два. Ж. Шарден в конце XVII в. видел в Нахичеване пять кара ван-сараев. По данным И. Шопена, в 1828 г. в Ереване имелось семь, в Ордубаде — шесть, в Нахичеване — три караван-сарая. В Муше и Бит-лисе, по X. Ф. Линчу, было по пяти караван-сараев.

В большинстве случаев караван-сараи, в особенности сконцентрированные в одном месте, именовались по фамилии владельца, например Тиграна Оненца в Ани, Ходжа Хачика в Джуге, Саркисова и Арцруни в Тбилиси, Зураб-хана (Зараби), Гаджиалиева в Ереване. Иногда караван-сараи назывались по наличию или отсутствию воды — Су-ли (с водой) и Су-сис (без воды) в Ереване; по национальной принадлежности владельца (грузинский в Ереване, армянский в Нухе, Баку, Тбилиси) и даже по городу, купцы и путешественники из которого останавливались в данном караван-сарае (Джульфинский в Ереване).

Термин «караван-сарай» — иранского происхождения. Он имел широкое употребление в Средней Азии и Закавказье. В Турции и Сирии были распространены термины «хан» или «кан». В Армении имели хождение также местные термины «иджеван», «ханапар» (в письме, в произношении — «ханабар»), «пндук» (по Н. Марру — фундук; по О. Ша-хатунянцу — пандок). Перечисленные термины С. Малхасян считает от носящимися к одному типу сооружений. Однако существовало, очевидно, какое-то различие в содержании слов, связанное с местонахождением, композиционными особенностями и назначением сооружения. Это подтверждается надписью Тиграна Оненца, высеченной на стене церкви Григория (рода Оненца) в Ани. Перечисляя среди разных по жертвований также и четыре караван-сарая, Тигран Оненц именовал два из них пндук, а два — ханапар, несомненно имея в виду разное их назначение.

В прошлом караван-сараи выполняли весьма многообразные функции. Они представляли собой особый мир, со своими нравами и обычаями. Важное значение имели караван-сараи в организации торговых караванов и их снаряжении, Караваны, как правило, формировались в городских караван-сараях. Товары перевозились животными, часто нанимаемыми у владельцев караван-сараев. Во главе каравана ставился начальник — караванбаши. Эта должность поручалась опытному человеку, хорошо изучившему путь каравана. Караванбаши подчинялась охрана, сопровождавшая купцов для защиты от разбойников.

Караван-сараи были не только местами стоянки и ночлега купцов и путешественников, но и (в особенности городские) рынками сбыта ре месленных товаров местного и иногороднего производства (рис. 144). Арабский автор IX в. Ибн-Хаукаль отмечает, что в некоторых местах «караван-сарай походит на рынок какого-нибудь другого города». В ханах и караван-сараях живут торговцы с товарами, предназначенными для продажи здесь же, на месте. «Так, у выделывающих калансувы (колпаки) среди их рынка караван-сарай с многочисленными лавками, и также у сапожников, починяющих обувь, веревочников и других работников и ремесленников».

Караван-сараи были своего рода биржей, влиявшей на повышение и понижение цен. Здесь совершались торговые сделки, осуждались или поощрялись действия отдельных и объединенных в союзы (торговые фирмы) купцов, производилась оценка их коммерческой деятельности. Здесь же можно было получить денежные ссуды под товары или под вексель.

В караван-сараях посетители узнавали последние коммерческие и политические новости, встречались с иногородними купцами и знакомыми, пользовались услугами советчиков и «гричей» — писцов различных прошений, посредников при заключении денежных и торговых сделок, а также покупали пищу и получали все необходимое для ночлега. Воз можно, что во дворах городских караван-сараев, особенно в торжественные дни, давались представления с участием артистов народного театра — гусанов, певцов, катаков (площадные комедианты), плясунов, канатоходцев.

Караван-сараи, как правило, занимали большую площадь (рис. 145); возводились они солидно, были благоустроены и нередко богато отде лывались. Качество строительных работ было не ниже, чем в культовых и дворцовых сооружениях. По подсчетам архитектора Т. Тораманяна, караван-сарай близ Неркин Талина (XIII—XIV вв.) стоил столько же, сколько четыре храма среднего размера. Забота о прочности караван-сараев была вполне оправдана, поскольку они служили крепостью, местом хранения денежных средств купцов и их товаров.

В большинстве случаев караван-сараи возводились князьями, крупными торговцами и даже представителями правящей династии. Например, князь Саркис Курд I Вачутян построил в 1213 г. караван-сарай в селе Базарджуг; знатный горожанин Тигран Оненц в начале XIII в. — не сколько пндуков и ханапаров в Ани, а князь Чесар Орбелян в 1332 г. — караван-сарай на перевале Лернанцк, известный под названием караван-сарая Селима.

Караван-сараи, в особенности городские, приносившие большой доход, часто были собственностью церквей или монастырей, к которым они переходили в качестве пожертвования. Так, например, упомянутые выше ханапары Ани, согласно надписи, были подарены Тиграном Оненцем церкви Апостолов.

Доходы, получаемые от эксплуатации караван-сараев, складывались из платы, взимаемой за ночлег и за наем торговых помещений, прибыли от продажи продуктов питания, комиссионных за оказание различных мелких услуг и посредничество при торговых сделках.

Наличие или отсутствие воды служило показателем благоустройства караван-сараев, почему эти сооружения, в особенности находившиеся вне населенного пункта, возводились вблизи водных источников. Холодная вода, весьма ценимая в условиях жаркого климата Армении, не редко проводилась внутрь здания или же, для удовлетворения первоочередных нужд людей, хранилась в больших кувшинах-карасах.

В караван-сарае Селима по гончарным трубам родниковая вода поступала внутрь главного помещения, где при входе справа, в углу бокового нефа, были сделаны два каменных корыта для водопоя. Караван-сарай Агавнадзора (возведен ранее XIII в.), несмотря на близость реки, снабжался по трубопроводу водой из родника, удаленного более чем на 1 км. Ханапары и пндуки Ани получали воду из городской водопроводной сети. В ханапарах «Сфинксов» и «Змей и Львов» в Ани вода подавалась в расположенные посередине зала большие водоемы, высеченные из цельного камня.

Караван-сараи не отапливались. Лишь небольшие помещения, предназначавшиеся для людей, обогревались жаровнями или имели неболь шие очаги типа камина, реже тонира. Такие очаги были обнаружены в некоторых комнатах анийских ханапаров. Размеры этих комнат, весьма близких к «тесным монашеским кельям», позволяют предполагать, что эффективность очагов была вполне достаточной. Хорошо сохранившиеся в противоположных входу торцовых стенах помещений западного корпуса караван-сарая Атарбекян (XII—XIII вв.) камины выполнены в виде большой, заостренной вверху ниши. Размеры камина обеспечивали также возможность приготовления пищи. В караван-сараях Еревана (XVIII—XIX вв.) жилые помещения обогревались тонирами или маленькими очагами.

Свет поступал через небольшие, расширяющиеся книзу проемы в шелыгах сводов. Наиболее распространенной была многогранная и звездчатая форма проемов, реже круглая или прямоугольная. В караван-сарае Ахкенда площадью 157,47 м2 имелось четыре световых проема (рис. 146), а в большом трехнефном интерьере караван-сарая Селима площадью 297,92 м2 — девять. За исключением пространства непосредственно под проемами, остальные части, в особенности дальние углы и боковые нефы, находились в полутьме, что характерно для большинства средневековых караван-сараев трехнефного типа — в Зоре, Аруче, Неркин Талине (все XIII в.) и др., в ко торых, по соображениям обороны, не предусматривались обычные окна. Исключение составляли не многие городские караван-сараи, например ханапар в Ани, главный фасад которого на уровне второго этажа был прорезан большим окном, дававшим обильный свет центральному помещению. В двухэтажных с внутренним двором караван-сараях XVIII—XIX вв. (в Эрзеруме, Ерзинджане, Ереване) помещения освещались через дверные проемы или окна в стенах.

В ночное время, а в по лутемных помещениях и днем пользовались масля ными светильниками, кото рые помещали на абаках внутренних устоев, крон штейнах, полочках, а также в специальных небольших нишах, иногда художествен но обработанных. Ниша для светильника в караван-сарае Яйджи (1343 г.) преду смотрена в откосе дверного проема, что было обу словлено необходимостью проверки входивших и выходивших из ка раван-сарая.

Вентиляция помещений осуществлялась через те же световые отверстия и была явно недостаточной для помещений, где скоплялось много людей и животных. Надо полагать, что в помещениях периодически производилась уборка.

В караван-сараях следует отметить идущие вдоль стен возвышения, относительно небольшие (Ахкенд, см. рис. 146) или значительные по своим размерам (ханапары Ани, см. рис. 145). Эти возвышения, покрытые каменными тесаными плитами, служили местами для сидения и для складывания товаров; они облегчали также навьючивание и разгрузку животных. В караван-сарае Селима на центральной оси среднего нефа, предназначенного для людей, имеется углубленный проход, где нахо дились животные во время навьючивания и разгрузки (см. рис. 145).

Вопросы эвакуации имели существенное значение. В большинстве караван-сараев, в особенности зального типа, видимо по соображениям обороны, делали лишь по одной двери, достаточно высокой и широкой (ширина от 1,6 до 2 м), обеспечивавшей свободное прохождение навьюченных животных (см. рис. 145). В ханапарах Ани для удобства связи с параллельными улицами, проходящими у стен здания, было устроено по два входа. Двери располагались на продольной оси сооружения и вели в самые большие по площади помещения — центральный неф или внутренний двор. В караван-сарае Селима и, очевидно, Аруча для быстроты разгрузки пространства около двери ближайшие к ней арочные проемы, объединяющие боковые нефы с центральным, были сделаны шире и выше, чем остальные (рис. 147).

Особое внимание обращалось на укрепление караван-сараев в целях защиты постояльцев от возможного нападения грабителей. В городских караван-сараях, нередко окруженных различными сооружениями, например в анийских ханапарах, основным было устройство крепких во рот и надежная их охрана. При строительстве придорожных караван-сараев, расположенных вне населенных мест (в Зоре, Вагаршаване, Аруче, Неркин Талине), была иная задача — обеспечить прочность соору жения и приспособить его к возможной осаде. Наружные стены, иногда усиленные полукруглыми контрфорсами, внешне похожими на крепостные башни, делались относительно толстыми. Окон в стенах, как правило, не было, а световые проемы в покрытиях предусматривались не большего размера. Число входов — минимальное, обычно один в виде ворот с деревянными створками, нередко обитыми металлом. Ворота запирались с внутренней стороны крепкими деревянными брусьями, входившими в устроенные в стенах специальные гнезда.

Конструктивные особенности армянских караван-сараев полностью отвечали современному им уровню развития строительного искусства. Основным строительным материалом служил базальт или туф различных оттенков. Для художественных работ иногда использовался камень другого сорта или цвета, часто привозимый из других мест (ханапары в Ани). Кирпич применялся редко, например, в сводах караван-сарая Атарбекяна, выложенных из красного обожженного кирпича.

Камни чаще всего употреблялись в виде чисто отесанных небольших квадров (рис. 148). Грубая отеска или околка применялась реже (караван-сараи Атарбекяна, Аракелоца, Айнадзора) и в скрытых под землей частях стен (караван-сарай Яйджи). Колонны, дверные притолоки, тимпаны и перемычки выполнялись из камней длиной до 3 м.

Перемычки делались балочные, в редких случаях — из клинчатых камней (главный вход южной гостиницы-ханапара в Ани) или арочные. Сводчатые перекрытия имеют в большинстве случаев полуциркульное очертание (караван-сараи в Ахкенде, Аруче, Яйджи — боковые нефы), реже стрельчатые (в Атарбекяне, в Яйджи — средний неф; рис. 149). Часто своды усиливались подпружными арками прямоугольного сечения, которые ставились в целях экономии лесоматериала для кружал (см. рис. 147). В караван-сарае Атаберкяна возведенные из грубо околотого камня своды стрельчатого очертания имеют в замке большую толщину, чем в пятах. Швам кирпичной кладки, также для экономии кружал, придано не радиальное, а более пологое направление.

Купола известны в караван-сараях Атарбекяна, Джуги, Ани. К сожалению, в Атарбекяне сохранились только сферические паруса, выложенные горизонтальными рядами из небольших камней, а в описании недоступного нам для исследования караван-сарая Джуги ничего не говорится о конструкции его куполов. Неизвестна также конструкция купола над западным входом северного ханапара в Ани.

Крыша, как правило, делалась двускатная, небольшого уклона, в особенности в трехнефных сооружениях значительной ширины. Судя по хорошо сохранившемуся караван-сараю Селима, покрытия выполнялись из больших каменных плит, обработанных в форме черепицы.

Дерево в строительстве караван-сараев X—XIV вв. применялось редко, чаще всего — в плоских перекрытиях монастырских гостиниц —хьюратунов. В сооружениях XVII—XVIII вв. дерево использовалось гораздо больше: не только в перекрытиях, но и как связи стен.

Вопросы сейсмостойкости караван-сараев постоянно занимали древних армянских зодчих. Караван-сараи имели компактный план, в основном прямоугольный, реже близкий к квадрату. Высота корпуса была невелика, что хотя и придавало сооружению несколько приземистый вид, но зато понижало центр тяжести здания в целом — условие, крайне необходимое для сейсмостойкости сооружения. В связи с этим, а также для утепления здания караван-сараев, в особенности с прямоугольным планом, расположенные в открытой гористой местности, например Селима на перевале Лернанцк, Яйджи, Ахкенда и др., частично заглубляли в землю (см. рис. 147). Толщина стен (около 1 м) при не большой (2—3 м) высоте была вполне достаточной для придания сооружению сейсмостойкости. Стены большей высоты или делали с утолще нием книзу, наклоняя внешнюю поверхность, как в Атарбекяне, или же усиливали контрфорсами, как в Вагаршаване, Аруче, Зоре, Неркин Та лине. Эти контрфорсы — глухие, по форме широкие, полукруглые — располагали не на торцовых, а исключительно на продольных сторонах, воспринимавших нагрузку от сводов.

Характерную особенность интерьера составляет деление помещения низкими аркадами на три нефа. По мнению Н. Токарского, «такое решение аркад... было продиктовано не соображениями экономии, а особенностями назначения здания, служившего одновременно при станищем как для людей, так и для вьючных животных... Пол боковых нефов был несколько приподнят, что вместе с нарочито небольшой высотой аркад препятствовало животным проникать в помещения, занятые людьми и товарами». По нашему мнению, приземистость аркады не была продиктована необходимостью изолировать животных от людей (поскольку один из видов вьючных животных — ослы — свободно проходили под этой аркадой), а вытекала из сейсмических требований (низкое местоположение центра тяжести здания в целом).

Караван-сараи, возведенные на территории древней Армении в рабовладельческую эпоху (IV в. до н. э. — III в. н. э.) и в эпоху раннего феодализма (IV—IX вв.), не дошли до нашего времени; почти нет о них и упоминаний в литературе. Известно только, что на месте современного караван-сарая Селима ранее существовал другой, возможно возведенный одновременно с крепостью Сулема в IV—V вв.

Сохранившиеся сооружения относятся к периоду развитого (XI— XIV вв.) и позднего (XVI—XIX вв.) феодализма. Изучение письменных сведений и сохранившихся зданий показывает, что архитектура армянских караван-сараев зависела как от местных условий, так и от социальных требований времени.

В населенных пунктах караван-сараи располагались вблизи торговых площадей и базаров, на пересечении магистралей. При наличии не скольких караван-сараев в одном месте, как в Ани, Ордубаде, Муше, Ереване, они часто ставились рядом. На дорогах, при отсутствии есте ственных, удобных для размещения здания площадок, их создавали ис кусственно. В Яйджи и караван-сарае Селима вытянутые сооружения своей продольной осью расположены перпендикулярно склону, а в Ахкенде здание, имеющее небольшую протяженность, заглублено одним концом в склон ущелья.

Караван-сараи никогда не имели определенной ориентации. Их расположение зависело от территориальных условий и направления подъездных путей; входные ворота караван-сараев, как правило, были обращены к дороге.

Композиционные особенности армянских караван-сараев не менялись на протяжении многих столетий. Условия местности и уклад жизни народа привели к выработке оригинального, характерного для Армении зального типа караван-сарая. Позднее, с усилением иноземных влияний, получили распространение караван-сараи с внутренним двором, широко известные в соседних странах. Караван-сараи с геометрически неправильной, или октогональной, или круглой формой плана, известной в практике соседних Азербайджана и Ирана, в Армении не возводились.

Величина караван-сараев различна. Наряду с небольшими сооруже ниями — в Ахкенде, Яйджи — известны и весьма значительные — в Зоре, Неркин Талине, что наглядно видно по сравнительной таблице (см. рис. 145).

Помимо караван-сараев возводились сооружения, предназначав шиеся для монастырских паломников, известные по надписям как хью-ратуны. В большинстве случаев они располагались в пределах ограды монастыря (Гегард, Хцконк, Багнайр, Шативанк, Оромосаванк), реже за оградой (Санаин, Ованнаванк, Аштарак). Судя по руинам хьюратуна Нораванка (вторая половина XIII в.) и по хьюратуну в Гегарде (середина XIX в.; см. рис. 145, 150), этот тип сооружения представлял собой вытянутое в длину здание. Помещенные в ряд комнаты-номера имели небольшие размеры (около 20 м2) и выходили на общий деревянный балкон, шедший по длине здания. В двухэтажных хьюратунах, находившихся внутри монастырской ограды, иногда нижний этаж отводился для хозяйственных нужд монастыря. В Гегарде в нижнем этаже располагались складские помещения, а в Шативанке — трапезная с кухней и склады. Внешний облик хьюратунов полностью соответствовал облику армянских жилых домов с длинными балконами.

По композиционным особенностям армянские караван-сараи делятся на два типа: 1) зальные одно- и трехнефные сооружения; 2) прямоугольные сооружения с внутренним двором или залом.

Зальные караван-сараи возводились при дорогах, вдали от населенных мест. Исключение составляет трехнефный караван-сарай XIII в. в Неркин Джрапи (ранее Чирпили), окруженный постройками небольшого селения, очевидно, позднее возникшего вокруг него.

Особое внимание обращалось на расположение входа. Для быстрой ориентации путников вход в большинстве случаев помещали на видимом с дороги фасаде и богато его оформляли, чтобы показать благосостояние владельца и надежность постоя,—особенность, характерная также для караван-сараев других стран. Поскольку по эксплуатационным особенностям вход в основное помещение должен был находиться в торце сооружения, у придорожных караван-сараев торцовые фасады обычно ориентировали к дороге, как это сделано в Ахкенде, Вагаршаване, Неркин Талине, Зоре. Однако условия рельефа местности не всегда это позволяли. В та ких случаях основное помещение вытя гивали вдоль магистрали, а к его торцу пристраивали сени, портал которых опять-таки обращали к дороге; такую планировку имеет караван-сарай Селима (см. рис. 145). В караван-сарае Яйджи размещение сеней у портала сделано с расчетом защиты от господствующих ветров. Загрузка этих сооружений осуществлялась не по прямой линии, а с поворотом под прямым углом, что вы зывало определенные неудобства при встрече в сенях входивших и выходивших навьюченных животных.

Придорожные караван-сараи, предназначенные для кратковремен ного пребывания постояльцев, фактически состояли из одного большого зала с выделенными внутри (караван-сарай Селима) или примыкав шими к нему (Зор, Вагаршаван) небольшими изолированными комнатами. В караван-сарае Вагаршавана такие комнаты, занимаемые хозяином (арендатором) и предоставлявшиеся привилегированным путникам (рис. 151), размещены у входа, по сторонам небольших сеней, а в караван-сарае Селима — в противоположном от входа торце зала (см. рис. 145). В караван-сарае в Зоре комнаты располагались в два этажа по сторонам сеней. Где находились подсобные комнаты в остальных случаях, сказать трудно в силу плохой сохранности сооружений. В караван-сарае Селима представляет интерес помещение, позднее пристроенное справа от входа в здание. Незначительное, менее 2,5 м по высоте, оно, очевидно, служило кладовой для хранения продуктов, продаваемых хо зяином постояльцам.

Принятый для придорожных караван-сараев зальный тип был продиктован в основном требованиями эксплуатации. Вся площадь фактически была полезной и полностью использовалась при нормальной загрузке. Распределение людей и животных в помещении не было строго регламентировано. По мнению Г. Алишана, персонал, обслуживавший животных, помещался вместе с ними. Без сомнения, купцы со своими товарами располагались как в изолированных небольших комнатах, так и в основном помещении, где для них отводились лучшие места. Во избежание возможного перехода животных в помещения, занимаемые людьми и товарами, пол в этих помещениях делали несколько выше и выстилали каменными плитами. В караван-сарае Ахкенда такое место выделено в конце зала и занимает один пролет между пилястрой подпружной арки и торцовой стенкой (см. рис. 146), а в караван-сарае Яйджи — три из пяти противоположных от входа пролетов внутренней аркады. Иное распределение площади в караван-сарае Селима. По пред положению Н. Токарского, животные располагались в два ряда в среднем нефе, а люди с товарами — в боковых; это, однако, не нашло подтверждения при нашем обследовании этого сооружения. Средний неф, вымощенный каменными плитами и огражденный с продольных сторон устоями и возвышающимися над полом яслями, безусловно занимали люди с товарами; в боковых — помещались животные, обращенные головами к среднему нефу. Для привязи животных в стенках каменных ясель прорублены специальные отверстия, по четыре на каждый пролет между устоями (рис. 152).

Тип зального одно- и трехнефного сооружения с двускатным по крытием, по мнению некоторых авторов, в частности А. Якобсона, происходящий в основе своей от гома (хлева), наиболее рационален для придорожных караван-сараев. Довольно простой по композиции зальный тип был особенно удобен в эксплуатации, так как он облегчал обслуживание размещенных вдоль нефа животных. Большое достоинство зального типа составляла также малая ширина корпуса, поскольку узкое вытянутое в длину здание легче приспособить к характерному для Армении горному рельефу.

Наиболее прост по плану однонефно-зальный тип, известный на примере караван-сарая Ахкенда (см. рис. 146). Он состоит из одного прямоугольного помещения, перекрытого цилиндрическим сводом полуциркульного очертания на шести близко расположенных подпружных арках; перед входом некогда находилась небольшая сводчатая галерея, длина которой по фасаду равна ширине основного помещения.

Сложнее план караван-сарая трехнефного зального типа. У большинства известных примеров средний неф значительно шире боковых: в Зоре, Аруче и в караван-сарае Селима — почти в два раза. Реже встречаются караван-сараи (например, в Неркин Джрапи и в Яйджи), в которых средний неф немного шире боковых. Нефы разделяются между собой аркадами, арки которых опираются на прямоугольные или квадратные в сечении устои-тумбы. Эти арки и периметральные стены поддерживают сводчатые перекрытия, усиленные подпружными арками. Высота нефов зависит от их ширины. Обычно равные по высоте боковые нефы (более узкие) несколько ниже среднего, что определило форму кровли в виде двускатного покрытия. В караван-сарае Селима из-за сильного уклона местности правый боковой неф имеет меньшую высоту, чем левый (см. рис. 147).

Караван-сараи трехнефного типа с продольными сводами известны также и в Анатолии в Турции, где они в отличие от Армении сооружались не на крутом рельефе, а на ровной местности. В редких случаях они ставились отдельно и имели укрепленные контрфорсами внешние стены (Езинепарар хан). Обычно же такие караван-сараи составляли часть сложного комплекса, что определяло их иное, чем в Армении, назначение: здесь помещались только путники с товарами.

Декоративная обработка интерьеров отличается скупостью. Небольшие помещения вообще не имели архитектурного убранства. Исключение составляют небольшие комнаты караван-сарая в Зоре, в сводчатых перекрытиях которых из различных по цвету камней выложены кресты. Главные помещения — нефы — производят сильное впечатление не де-корировкой, а гармоничной согласованностью мощных гладких арок и вздымающихся над ними сводов с несущими их стенами. Тщательно вы полненные каменные конструкции сами по себе придают интерьеру выразительность. Величественность, монументальность тяжелого строя аркад, низко нависающих сводов и далеко отодвинутых стен усиливается благодаря применению крупных камней плотного голубоватого базальта или темного (черного и буро-красного) туфа. В однонефном ка раван-сарае Ахкенда низкое расположение широкого сводчатого покрытия, поддерживаемого ритмично расставленными подпружными арками, придает интерьеру большое своеобразие.

В интерьерах придорожных караван-сараев орнамент применялся весьма ограниченно, и, поскольку значительная часть интерьера имела недостаточное освещение, декор помещали в наиболее освещенных ме стах; как правило, им украшали световые проемы сводов. В своде левой от входа комнаты караван-сарая в Зоре световой проем обрамлен понизу профилированной рамкой, на которой по-арабски написано «Строитель Ашот». В караван-сарае Селима конусообразные световые проемы украшены сталактитами различных рисунка и размера. Почти такие же сталактиты украшают стрельчатые ниши и абаки пилястр интерьера и наружного портала сеней, на котором они образуют живописную композицию (см. рис. 152).

Придорожные караван-сараи отличаются четкостью объема. Заглубленные в землю сооружения (в Яйджи, Селима) имеют небольшую высоту и глухие, гладкие, без выступов стены, выложенные из чисто отесанного или грубо околотого камня, завершенные поверху карнизом не сложного профиля. Караван-сараи, расположенные на равнине (в Зоре, Вагаршаване, Аруче), имеют большую высоту стен, усиленных на продольных сторонах мощными полукруглыми в плане контрфорсами (рис. 153).

Главным украшением зданий караван-сараев были богатые входные порталы, имевшие много общего с современными им порталами монументальных гражданских и культовых сооружений Армении. Яркий дневной свет и чистота воздуха позволяли с очень далекого расстояния ясно видеть портал, богатое убранство которого подчеркивалось гладью примыкающей стены.

Порталы обычно не выступают из плоскости фасада. В караван-сарае Зора дверной проем вместе с тимпаном, набранным из покрытых резьбой шестиконечных звезд и ромбов, помещен в плоской стрельчатой нише, обрамленной двумя валами с шаровидными базами внизу. Вокруг вьется широкая, мелко орнаментированная звездами полоса, окаймленная, в свою очередь, двумя более узкими полосами, геометрическая порезка которых близка убранству арок гавита церкви Григо рия рода Тиграна Оненца в Ани (1215 г.) и большого гавита Гегарда (1225—1230 гг.).

Совершенно иной характер имеет портал караван-сарая Селима, напоминающий порталы дворца Сахмадина в Мрене (1276—1286 гг.) и церкви Аствацацин в Егварде (1321 г.), а также караван-сараев Анатолии — Алай-хан, Султан-хан в Аксарае, Сусунц-хан и др. Дверной проем караван-сарая Селима помещен в глубокой нише (рис. 154). Покры тый надписью тимпан с полуциркульным верхом обведен двумя рядами западающих трилистников, гармонирующих со сталактитами, которыми украшен низ выступов по сторонам ниши и ее верх. Над выступами — рельефные изображения животных, видимо, обязанные своим появлением монгольскому нашествию (рельеф справа) и владычеству турок (рельеф слева).

Караван-сараи второго типа — городские — имеют прямоугольные планы. Чаще всего они именовались ханапарами или пндуками и возводились в населенных местах или поблизости от них (караван-сарай Базарджуга; 1213 г.). По своему назначению городские караван-сараи разделялись на торговые и постоялые. Первые в основном состояли из торговых и ремесленно-производственных помещений, расположенных вокруг внутреннего двора (караван-сарай Зараби в Ереване) или зала (хана-пары Ани), Вторые, рас- считанные на длительную остановку иногородних купцов с вьючными животными, состояли из жи лых и служебных помещений (включая и хлевы), также расположенных вокруг внутреннего двора (караван-сараи в Атарбекяне, Неркин Талине, Джуге, Джульфинский в Ереване). Размеры и убранство караван-сарая зависели от значения населенного пункта. Так, например, караван-сарай в небольшом селении Атарбекян выглядит очень скромно, а ханапары столицы Армении X—XIII вв. Ани отделаны довольно богато.

В отличие от придорожных, караван-сараи торгового типа в селениях и городах имели большее число помещений. В Ани ханапары состояли из двух раздельных частей (сохранились на высоту около 2 м): северной и южной, названных Н. Марром по основным рельефным изображениям гостиницей «Сфинк¬сов», или северной, и гостиницей «Змей и Львов», или южной (см. рис. 145). В центре каждой — просторный прямоугольный в плане зал или двор (это трудно было установить из-за плохой сохранности) с каменными водоемами посередине. По продольным сторонам располагалось в два этажа несколько десятков небольших комнат-номеров. В южной гостинице при выходе из зала-двора сохранились остатки ступеней наружной консольной лестницы, которая вела на второй этаж. Выходящие на улицу помещения служили магазинами, где изготовлялись и продава лись изделия ремесленного производства. Торговля привозными това рами также осуществлялась в комнатах-номерах.

К анийским ханапарам близок более поздний ереванский караван-сарай Зараби, представляющий характерный тип средневекового городского караван-сарая с мелкими торговыми помещениями в первом этаже и небольшими номерами, выходящими на деревянный балкон, во втором (рис. 155). Помещения группировались вокруг внутреннего двора, пропорции которого (длина втрое больше ширины) были продиктованы плотностью городской застройки, определявшей вытянутую в глубину форму земельного участка.

Караван-сараи постоялого типа, возводившиеся в менее застроенных районах, несколько отличались по плану. Древнейший караван-са рай села Атарбекян (XII—XIII вв.) имеет почти квадратную форму плана (см. рис. 145). В нем отсутствуют индивидуальные номера. Огибающие внутренний двор корпуса содержали вместительные общие помещения для купцов с их товарами и изолированные от них хлевы, где зимой размещались животные. Входные ворота находились в центре западного корпуса, перед которым пролегала дорога. Сходный план имел караван-сарай около села Базарджуг. Его отличительную особенность составляет более широкий, чем другие, южный корпус.

В XVI—XIX вв. тип постоялого караван-сарая с внутренним квадратным двором продолжал широко распространяться. Таковы караван-сараи в Джуге, грузинский в Ереване, в Нахичеване и др.

В караван-сараях Эрзерума и Ерзинджана композиция несколько изменена. Особенностями этих сооружений являются: в Эрзеруме наличие во дворе обходной арочной галереи (рис. 156) и оформление большого зала; в Ерзинджане — двухэтажная обходная галерея, каменная арочная внизу и легкая деревянная, со стройными колонками на верху (рис. 157).

Интересен караван-сарай Неркин Талина (XIII—XIV вв.). В нем совме стились три разновременно возведенных караван-сарая: два трехнеф-нозального типа и один, расположенный между ними, — квадратный в плане с открытым внутренним двором (см. рис. 145, 158). Местоположение среднего здания определило его композицию, отличную от близких ему типов. Закрытые помещения устроены только с одной стороны квадратного двора; три другие стороны заняты галереями, очевидно, арочными, подобными хорошо сохранившимся галереям караван-сарая Эрзерума. Аналогичная композиция осуществлена и в позднейшем сооружении, пристроенном к торцу трехнефного караван-сарая Беким хана в Анатолии.

К числу своеобразных по планировке относится караван-сарай XIII в., расположенный на восточной окраине поселения Аракелоц. По описанию К. Саркисяна, он состоял из одного, а по О. Егиазаряну — из нескольких построек, возможно, объединявшихся в прошлом общей оградой. Из них заслуживает внимания большое, вытянутое, прямоугольное в плане сооружение. Оно имеет сводчатое перекрытие, усиленное тремя подпружными арками на коротких полуколоннах, завершенное поверху двускатной кровлей. Низкие стены украшены глухой аркадой, в арках которой помещены глубокие ниши. Широкий вход перекрыт архитравом полуциркульного очертания (рис. 159).

Архитектурное убранство интерьеров было очень скупым. Следует упомянуть украшение сводов небольших номеров ханапаров Ани мозаичной выкладкой из камней красного и черного цвета. Дверные проемы этих номеров были обрамлены тщательно отделанными мулюрами. Однако этот пример относится к числу единичных. Обычно номера были лишены архитектурной обработки.

Большое внимание обращалось на убранство общих помещений, нередко украшаемых сталактитами, широко распространенными в армянском зодчестве XII—XIV вв. В южном ханапаре Ани сталактитами декорирован низ ступеней консольной лестницы, ведшей во второй этаж (прием, известный также по лестницам интерьера главного храма Ованнаванка; 1216—1221 гг.), а в северном — западный вход имел купольное покрытие, богато украшенное сталактитами.

В караван-сараях XVII— XIX вв. украшался также внутренний двор, где собиралось большинство посетителей. На личие арочных галерей (Эр-зерум, Ерзинджан, Ереван) или ажурных балконов придавало зданию большую выразительность. Среди интерьеров этого периода следует выделить главное помещение караван-сарая в Эрзеруме, сооруженное в формах армянского народного жилища (рис. 160). Оригинальные по форме де ревянные опоры поддерживают составленное из деревянных балок перекрытие в виде расположенных рядом двух усеченных восьмигранных пирамид. Верхний свет придает такому помещению особую импозантность.

Караван-сараи с внутренним двором внешне мало отличаются от придорожных караван-сараев. Как правило, периметральные стены — глухие, лишенные контрфорсов и каких-либо декоративных украшений, а в городах с плот ной застройкой они закрыты примыкающими сооружениями. Единственным декоративным пятном на глади стены главного фасада был дверной проем, оформлявшийся обыч но в виде большого портала, О богатстве композиционного замысла и декоративного убранства порталов городских караван-сараев XII—XIV вв. можно судить по ханапарам Ани. Портал южного ханапара, разрушенный в значительной своей части, известен в реконструкции, тщательно выполненной Т. Тораманяном по найденным при раскопках фрагментам (рис. 161 и 162).

Портал имеет два яруса с независимо оформленными в каждом ярусе проемами (дверным и оконным), помещенными в плоских стрель чатых нишах, вкомпонованных в прямоугольные, покрытые резьбой рамки. Дверь завершена плоской перемычкой, составленной из чередующихся клиньев красного и черного цветов: выше — мозаичная выкладка из покрытых резьбой черных пятиконечных звезд и красных ромбов и шестиугольников. Периметр ниши обрамлен расположенными в глубину двумя витыми валами с шаровидными базами внизу. Вокруг ниши — два резных пояса: внутренний — широкий с плетенкой геомет рического рисунка и внешний—с выступом и рисунком, близким к растительному орнаменту. В треугольниках по сторонам ниши — изображения обращенных к оси портала полусидящих львов и извивающихся змей.

Верхняя часть, в отличие от нижней, декорирована несколько проще. Ниша окантована по высоте тройными колонками, с шаровидными базами и капителями, поддерживающими покрытую резьбой стрельчатую арку. Тимпан украшен резными шестиконечными звездами красного и ромбами черного цвета; треугольные плоскости между аркой и внешней прямоугольной рамкой украшены поставленными диагонально квадратами, также красного и черного цвета. Обрамление в соответ ствии с нижней частью состоит из двух поясов: внутреннего, плоского, покрытого двухжгутовой геометрической плетенкой, и наружного, гладкого, сильно профилированного.

Порталы южного и аналогичного северного ханапаров весьма близ¬ки по композиции к порталу «дворца парона» в Ани (XII—XIII вв.), а по деталям декоративного украшения — также и к порталу анийского дворца Саркиса (XIII в.).

Армянские караван-сараи XVII—XIX вв. не имели столь богато де¬корированных порталов. В большинстве случаев порталы здесь делались объемными, сильно выступающими из плоскости фасада. Дверной проем помещался в глубокой стрельчатой нише, иногда обрамленной по обводу арки небольшим профилем (как, например, в караван-сараях в Джуге, Ереване, Ерзинджане и др. ).